В центре внимания
Компьютеры и ноутбуки

Почему систему ГПП не удастся сделать добровольной, как того требует Путин

22.09.2019 23:38

Почему систему ГПП не удастся сделать добровольной, как того требует Путин


А. Гудков: На пенсионные накопления нужно строить АЭС — доходность выше, чем от водки

НПФ более половины пенсионных накоплений вложили в корпоративные облигации. Об этом говорится в обзоре Банка России.

В документе отмечается, что во втором квартале 2019 года доля корпоративных облигаций в структуре инвестиционных портфелей негосударственных ПФ выросла на 3,9% - до 51,6%. В пенсионных резервах (средства, которые фонды обязаны держать на случай, если пенсионер переживет расчетный период дожития) на долю облигаций приходится 40,8%.

«Корпоративная» инвестиционная политика НПФ, как следует из отчета, относительно успешна: средневзвешенная доходность у негосударственных фондов за полугодие составила 10,4% (то есть, на уровне реальной инфляции) — по сравнению с 8,4% у ВЭБа. В результате, выплаты пенсий в рамках негосударственного пенсионного обеспечения (НПО) во втором квартале выросли на 8,6% год к году, и достигли 34,7 млрд. рублей.

Но граждане по-прежнему НПФ не доверяют. Об этом говорит тот факт, что число участников добровольных пенсионных программ за квартал не изменилось и составило 6,2 млн. человек. Число же участников, получающих пенсию от НПФ, увеличилось только на 3,6% за год и достигло 1,5 млн. человек.

Для страны, где общая численность пенсионеров 43 млн. 871 тыс. 625 человек — по данным Минтруда на 1 января 2019 года — это капля в море.

Кто отважится объяснить Путину, что своей пенсионной реформой он рубит сук, на котором держится власть?

Правительство оставит в следующем году без пенсий 500 000 россиян, а в 2021 — миллион

Как считают эксперты, в настоящее время в негосударственных фондах откладывают деньги люди далеко не бедные. Для них такие отчисления — своего рода игрушка сродни фондовому рынку. Как известно, чтобы поиграть на фондовом рынке, рекомендуется вкладывать в акции не более 10% от своих доходов. Пенсионные резервы — что-то вроде разновидности подобных игрушек: мол, денег и так много — не убудет.

А вот среднестатистические россияне предпочитают с НПФ не связываться. И в этом для власти заключается огромная проблема.

Как известно, после обвала рейтингов власти из-за повышения пенсионного возраста Владимир Путин потребовал сделать новую накопительную пенсионную систему (на сегодня ее рабочее название — «Гарантированный пенсионный продукт», она заработает с января 2021 года) сугубо добровольной.

Однако против такого варианта выступили финансовые власти. Они резонно опасаются, что добровольность не обеспечит массового притока средств в пенсионную систему. Проблему мог бы решить рост доходности ПНФ. Но вложениями в корпоративные облигации этот вопрос не решить.

Длинные высокодоходные деньги для НПФ — это кардинальные изменения в законодательство об инвестировании средств пенсионных накоплений. Сейчас без ограничений можно вкладывать эти накопления только в гособлигации РФ и регионов, часть — в бумаги госкорпораций. Все остальные инвестиции сопряжены с очень серьезными ограничениями.

Тут уже вопрос не о введении ГПП и его формате, а о том, что надо решать глубинную проблему пенсионных накоплений. А именно — пересматривать всю систему инвестирования. О чем сегодня власти даже не заикаются.

Есть ли в принципе варианты схем инвестирования пенсионных накоплений, при которых и доходность была бы высокая, и сохранность денег гарантировалась?

— Внедрить ГПП можно, только нарушив указание Путина — сделать систему добровольной, — считает доктор экономических наук, независимый эксперт по социальной политике Андрей Гудков. — Шагом к добровольности, я считаю, должен стать аудит и полный отчет по действиям предыдущей системы ОПС — обязательного пенсионного страхования. Плюс публикация данных, чего НПФ натворили с 2002 по 2014 годы, и потом с 2014 по 2019 годы. Последние пять лет, напомню, фонды не получали новых инвестиций из-за «заморозки» накопительных взносов, но старые взносы «прокручивали».

Но и тогда народ в систему ГПП, на мой взгляд, не пойдет. Потому что у нас, в России, нет прогрессивного налогообложения. Именно наличие «прогрессивки» в США является сильнейшим стимулом, чтобы американцы вносили деньги в пенсионную систему 401 (К). Таким путем снижается налогооблагаемая сумма дохода, и с гражданина берется более низкий подоходный налог. Получается, если американец не перечислит деньги в пенсионный фонд — в случае США, себе на особый банковский счет — он эти деньги просто потеряет: заплатит налоги по более высокой процентной ставке.

Добавлю, что в Америке человек может в трудных жизненных обстоятельствах взять под беспроцентный займ деньги со своего пенсионного счета. Это сближает американский пенсионный счет с депозитными накоплениями.

Замечу, что в России 90% депозитных счетов создаются именно с такой целью — на черный день. Так вот, 401 (К) — тоже счет черного дня.

Проблема в том, что у нас финансовые власти, запуская ГПП, думают, прежде всего, о том, как облагодетельствовать НПФ. А думать надо о том, как поддержать застрахованных и страхователей. Только таким путем можно создать жизнеспособную систему пенсионного страхования, которая что-то полезное принесет стране.

«СП»: — Ряд экспертов считает, что глубинная проблема — низкая, ниже реальной инфляции, доходность пенсионных накоплений. Как быть с этим?

— Есть такой Константин Викторович Добромыслов, в прошлом замруководителя департамента социального развития ФНПР. В свое время он озвучил очень здравую идею. Выбрать на уровне кабмина какой-то крупный проект — неважно, инфраструктурный или какой-либо другой — но только заведомо рентабельный. И реализовывать его по схеме государственно-частного партнерства.

Кремль, теряя контроль над страной, пойдет на крайности

Посулам власти народ уже не верит, уповать политической верхушке остается только на репрессии и фальсификации

Идея в том, что государство вместо своих денег, бюджетных, должно вложить в этот проект деньги застрахованных по накопительному пенсионному страхованию. При этом контролируя эффективное вложение этих средств, их прибыльный оборот, и — естественно — возвратность на пенсионные счета.

В России, я считаю, только такая схема и может работать.

«СП»: — О каких конкретно проектах могла бы идти речь?

— Добромыслов считал, что такими проектами могут являться атомные станции. Напомню, что АЭС дорогие — один энергоблок стоит $ 1−2 млрд. Работает он как раз 30−50 лет — это перекрывает все сроки дожития. Спрос на электроэнергию гарантированно есть, причем себестоимость энергии, вырабатываемой АЭС, очень низкая. Дешевле только ГЭС, но ГЭС строить больше просто негде — даже в нашей огромной стране. Кроме того, ГЭС возводится там, где есть подходящие природные условия, а АЭС — там, где потребитель. Именно поэтому атомная станция всегда эффективнее.

Что до доходности АЭС — загляните в платежку ЖКХ за свою квартиру, в графу «электроэнергия». В зависимости от того, какая у вас плита на кухне — электрическая или газовая — тариф отличается. Но в любом случае, он составляет несколько рублей.

А теперь — внимание! Доля расходов на генерацию киловатт-часа на АЭС — в зависимости от того, какая это станция, где она расположена, как долго находится в эксплуатации — составляет от 2 до 6 копеек.

Выгоднее производства энергии на АЭС — только производство водки!

Вот это — действительно путь для инвестиций пенсионных накоплений. Да, он предполагает ручное управление. Но что ж делать, если без ручного управления в России все разворовывают?!

«СП»: — Помимо АЭС, во что-то можно инвестировать пенсионные деньги?

— ГЭС можно таким же образом построить, или платную автомагистраль. Или космодром «Свободный» в Амурской области — если там будут запуски коммерческих спутников. Да хоть Северный морской путь можно обустроить за счет пенсионных накоплений! Да, рентабельность Севморпути не очень высокая. Но она — сверхнадежная. И долгосрочная.

Потом, поймите: акции, облигации, деривативы — все это можно украсть. Но атомный реактор, ледокол или порт — украсть нельзя. Там можно как угодно менять права собственности, состав бенифициариев — но все можно исправить, потому что есть материальный носитель средств производства, трудовой коллектив и производственная единица, которая выпускает продукт.

А финансовый рынок — это фиктивный капитал, как писал Карл Маркс. И до превращения фиктивного капитала в реальный производственный капитал — немалая дистанция. И на этой дистанции в России скопилось огромное количество хищников, для которых главное — как можно больше уворовать.

В этой ситуации, я считаю, государство однозначно должно вмешаться: превращать накапливающиеся пенсионные взносы в реальный капитал прямо, непосредственно, в режиме ручного управления.

Итог пенсионной реформы: Пожилых везде гонят вон

Почему в Европе возрастные «профи» — ценные кадры, а в России — «отработанный материал»

— В России огромная дыра в инфраструктуре — огромное недоинвестирование, которое копилось десятки лет, — отмечает президент Союза предпринимателей и арендаторов России Андрей Бунич. — В нашей стране устарела и транспортная инфраструктура, и энергетическая, а сфера ЖКХ требует вложений на десятки триллионов рублей.

То есть, у нас потребность ресурсов внутри собственной страны колоссальная. И возможности для инвестирования, замечу, также колоссальные. У нас всего много — земли, полезных ископаемых, леса, пресной воды — во все можно вкладывать. Тем не менее, мы видим полное отсутствие инвестиций уже многие годы.

В такой ситуации правительству, я считаю, следовало бы разработать механизмы внутреннего инвестирования, которые бы работали на Россию. В том числе — инвестирования средств пенсионных накоплений.

Что до ГПП — сегодня любая накопительная пенсионная система в России невозможна: посеяно огромное недоверие. В идею, что кто-то что-то будет копить десятки лет, а потом отдаст — никто не верит. Поэтому люди воспринимают накопительные отчисления, как еще один способ отъема денег.

Источник

Читайте также
Редакция: info@tsiganov.ru | Карта сайта: XML | HTML | SM